Тяготение к сталинской модели — это очень плохо для России, но очень хорошо для Кадырова — ФАЙНО.IN.UA

Тяготение к сталинской модели — это очень плохо для России, но очень хорошо для Кадырова, который этот тренд персонифицирует. Получается, он у нас вроде как главный патриот путинской России

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков 20 января посоветовалвнимательнее прочитать высказывания главы Чечни Рамзана Кадырова об оппозиции и «не нагнетать» ситуацию. В его интерпретации чеченский лидер под «врагами народа» подразумевал тех «кто в своей деятельности не остаются в рамках закона и готовы его нарушать, в том числе и во вред стране». Политолог Дмитрий Орешкин специально для Rus2Web объяснил, кто подпадает под определение «внесистемная оппозиция» и что хотел сказать Рамзан Кадыров, называя ее «врагами народа».

Россия возвращается к советским реалиям, поэтому все большую роль играет идеология. Чем хуже материальные дела у населения, тем больше внимания уделяют так называемым «небесным достижениям». Особенность такой модели в том, что слова практически ничего не значат, а их важность определяется лишь частотой употребления. Ели вспомнить Советский союз, то во всех учебниках было написано, что советский народ — это новая историческая общность людей. И это все воспринимали как устоявшуюся реальность. А ветер дунул, и вся эта новая общность удивительно легко распалась. Так и сейчас — слова не имеют устоявшегося, общепринятого смысла. Это деградация понятийного аппарата, связанна с возвратом упрощенной модели государственного управления. Например, разговоры о том, что у нас есть разные ветви власти постепенно теряют смысл, потому что какая разница, есть ли у нас исполнительная, законодательная и судебная власть, если все зависит от одной власти — Кремля.

Аналогичная история с «внесистемной оппозицией». Глава Чечни Рамзан Кадыров, естественно, не берется объяснить, что такое системная, а что такое несистемная оппозиция. В политологии принято считать, что системная оппозиция — это те партии, которые находится в Госдуме. В России же все думские фракции по ключевым вопросам голосуют так, как им велят из Кремля. Отчасти к системной оппозиции могут относиться партии, которые преодолели барьер в 3% голосов и получают при этом финансирование из Кремля — как, например, «Яблоко». Кадыров позже объяснил, что говорил о заграничной оппозиции, которая оттуда «клевещет» на родину. То есть, получается, «ПАРНАС» и другие подобные партии он в виду не имел.

На самом деле, если поглубже присмотреться к понятию «оппозиция», то станет ясно, что реальной оппозиции в России вообще нет. Она может существовать только в том государстве, где работают законы. У нас же движения партий определяется не результатами выборов, а командами верховной власти. В функциональном смысле оппозиционеры превратились в диссидентов. Они могут выкрикнуть что-то, но к прописанным в законе процедурам участия в смене власти и конкуренции за власть оппозиция отношения не имеет.

Важный вопрос, что заявления Кадырова и последовавшие комментарии Пескова значат для страны. То, что мы все дальше отходим от требований духа и буквы Конституции. Например, там не прописан такой институт, как кровная месть, но господин Кадыров в Чеченской республики поддерживает этот процесс, заверяя, что это полезно для сохранения стабильности.

Сейчас мы имеем дело с ренессансом азиатской системы ценностей, а именно — с ориентацией на азиатскую деспотию или султанат. Когда господин Кадыров начинает решать, что есть системная, а что — несистемная оппозиция, он пытается взять на себя функцию основного закона. Так же делал Сталин — он выстроил в СССР модель, называемую в антропологии «вожденством», где вся власть замкнута на одном человеке. Если вы вспомните Конституцию 1936 г., то там была статья 112, где написано, что судьи в СССР независимы и подчиняются только закону. Это никогда никто бы не соблюдал, если бы Сталин сам не стал законом того времени.

Тяготение к сталинской модели — это очень плохо для России, но очень хорошо для Кадырова, который этот тренд персонифицирует. Получается, он у нас вроде как главный патриот путинской России. Отсюда невнятная позиция Кремля, который выдает кисло-сладкую реакцию на любые его выходки. Поставить Кадырова на место Кремль себе позволить не может. В противном случае он рискует поссориться с полновластным и единоличным руководителем Чечни со всеми вытекающими отсюда неприятностями. В итоге, в жертву приносится закон, права человека, которые заменили установками «наш» или «не наш». Кадыров воспринимается Кремлем как «наш», потому что выполняет поставленные перед ним задачи. При этом, все понимают, что результаты выборов фальсифицируют, что демократические требования, прописанные в Конституции, в Чечне не соблюдаются. Туда не допускают даже силовиков из центра без соглашения Кадырова. Вот так быстро мы идем к мафиозно-вожденскому стилю управлению, который был характерен для Сталина. А это логично — раз выбрали для пропаганды советские образцы, то по этому пути и нужно продолжать идти.

Дмитрий Орешкин, rus2web.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *